11:06 

Текст 26

never dream'st on aught but butcheries
Откомментировано - Текст 20 pay.diary.ru/~concrit/p81230431.htm

Необходимое пояснение: нижеприведенный текст - отрывок из моей нетленки. Писался долго и мучительно, поэтому относительно его внутренней непротиворечивости у меня некоторые сомнения. В первую очередь прошу обратить внимание на стилистику - выдержана ли она в полной мере, или где-то текст провисает. Спасибо!

Отрывок письма, вложенный в дневник Э.Г. между записями за 11 и 12 марта 1951 года, написанное, судя по всему, автором предыдущих двух писем.

«Здравствуй, моя милая, драгоценная Молли.
Жива ли я буду, когда ты получишь это письмо, не знаю.
Пишу это письмо в пустоту, так как не знаю даже, смогу ли передать его Элизабет. Она отправляется в Лондон с матерью через три дня, но, как я осознала недавно, три дня – это три вечности.
Тучи сгустились над всеми нами, и вот-вот разразится гроза. Чем она обернется? Принесет ли покаяние и освобождение? Или горечь разрухи и осознание собственного бессилия? Прости меня, Молли, я знаю, как ты не любишь подобные мои настроения, как противны они твоей живой натуре… но… ах, если бы ты только была рядом! Если бы я могла тебе рассказать о том, что творилось здесь в последнее время!
Прости; беру себя в руки. Постараюсь изложить все страшные события в том порядке, в котором они произошли.
Не успела я написать тебе мою последнюю записку, как представилась возможность вновь посетить библиотеку Эдинбурга.
На этот раз я решила проверить, сохранились записи о предыдущей названной Катариной дате – 14 сентября 1815. Без толку, конечно же – поиск ничего не дал, только библиотекарь отметил мой интерес и не переминул сообщить о нем матушке Эдне. Слово за слово… мы с Катариной решились и рассказали ей о видениях. Чудовищная, ужаснейшая ошибка! Она тут же передала все отцу Эндрю, а тот вызвал родителей Катарниы и провел с ними «беседу». Спрятавшись в чулане под лестницей, том, что примыкает стеной к кабинету отца Эндрю, я все подслушала. Это было невыносимо: мать Катарины билась в истерике, выла как баньши, «За что, Господи? За что?!», чуть не каталась по полу как блаженная, брат молчал, а ее отец в конце концов ударил кулаком по подлокотнику кресла и пообещал принять меры. На следующий же день Катарину увезли.
Я не знала точно, куда, но… но, боялась, что в психиатрическую лечебницу.
Что стало твориться после этого… Сначала заявился твой дед, и снова долго кричал, грозил разными карами отцу Эндрю и обвинял его в пособничестве Темным Силам, затем появился нарочный от моего отца с запиской. Что было в ней, не знаю, но вряд ли что-то приятное, так как в тот же день меня отселили в дальнее крыло и повелели молиться чаще. Напрасно я просила рассказать мне, что случилось с Катариной – все мои вопросы будто натыкались на невидимую стену.
Отец Эндрю сделал все, чтобы никто ничего не узнал – конечно, напрасно. Уже на следующий же день слухи разнеслись по всему колледжу. Однако до родителей других учениц ничего не дошло, и через несколько дней все успокоились…
Затем, неделю спустя в Колледж явился странный человек. Он показал какие-то бумаги и потребовал немедленной встречи с отцом Эндрю. Я снова спряталась в чулане – он требовал немедленно сказать ему, что случилось с Катариной. Сперва отец Эндрю отказывался говорить, но когда странный человек пригрозил ему «последствиями», сдался и признал, что родители забрали Катарину и держат ее дома, взаперти, хотя сам он рекомендовал поместить ее в лечебницу. После этого они начали ругаться, страшно и странно…
Признаюсь, я и подумать не могла, что решусь на такое – но бедная Катарина оказалась между молотом и наковальней: с одной стороны ее совершенно неуправляемые родители, будто явившиеся из средневековой пьесы, с другой – этот незнакомец из Королевского Общества Тайных Знаний (откуда еще?).
Я позвонила отцу. Несмотря на то, что эта мегера, моя мачеха, умудрилась настроить его против меня, я верила, что в этой ситуации он проявит рассудительность. Так и случилось – он тотчас приехал. Я ни слова не сказала ему про тебя, зато выложила все про ту несчастную девушку, что покончила с жизнью полтора года назад – о том, как мучили ее видения незадолго до смерти – намекнула даже, что меня беспокоят в последнее время странные сны… Сказав отцу Эндрю, что семейные дела требуют моего срочного присутствия, отец забрал меня домой.
На следующий день мы отправились в дом Д. Сперва ее родители отказывались принять нас, но отец был непреклонен и добился своего. Я осталась в гостиной, а его проводили в кабинет. Разговаривали они больше часа, порой повышая голоса так, что было слышно даже мне. Из кабинета они вышли с красными лицами. Кинув в мою сторону недобрый взгляд, мистер Д. велел проводить меня к Катарине.
Этот визит я буду, наверно, помнить до конца своих дней. Она была бледна и уже непривычно худа; бросив на нее один лишь взгляд, я с отчетливой ясностью поняла, что видения, как затяжная лихорадка, вконец обессилили ее. Я упала на кровать, мы обнялись и заплакали, поминая тебя, Молли. Катарина причитала, что, будь ты с нами, всего этого бы не произошло, что без тебя ей мучительно плохо, и лишь нечеловеческим усилием воли я сдерживалась, чтобы не начать вторить ей, опасаясь, что от этого будет только хуже. Я не спросила о том, что она видела за те, прошедшие дни, но мне казалось – кажется – что видения ее приобрели вдали от колледжа пугающую четкость и остроту.
Мы говорили о другом… Молли, милая Молли, я плачу сейчас, не в силах сдержать себя, я…
Прости. Я не знаю, как выразить все случившееся словами, как…
Ее больше нет.
Отец забрал меня домой, дав нам побыть наедине едва ли несколько часов. Он отказывался – и до сих пор отказывается – сказать мне, о чем они говорили с мистером Д., но было видно, как неприятно ему пребывание в их доме.
На следующее утро с нарочным прислали записку – от матери Катарины, миссис Д., этой мерзкой старой жабы. В записке – адресованной мне – она писала, что не желает больше видеть нас в своем доме, что она не исключает (помилуй, Господи!), что все произошедшее с Катариной – моя вина. Я была вне себя от ярости, но записку отцу не показала, испугавшись, что он откажет мне в разрешении посетить дом Д. после обеда, как он обещал накануне.
Но к обеду…
К обеду в дом Д. приехал тот самый незнакомец из Королевского Общества Тайных Знаний – чтобы забрать Катарину. Чем увещевал родителей Катарины мой отец я не знаю, как не знаю и того, что сказали они ему – но он клянется, что не знал об их намерении отдать ее…
Как мне стало известно от присутствовавших при этом слуг, Катарина не хотела идти и даже в своем ослабевшем состоянии упиралась изо всех сил. На лестнице, когда мать пыталась стащить ее вниз под бесстрастным взором этого… господина, Катарина оступилась.
Отец Эндрю сказал мне, что Господь забрал ее душу, не допустив ее мучений в «пристанище Темных Сил». Я не могу быть благодарна ему за это; нет, никогда… Как можно только поду–»
(письмо обрывается)


Комментарии
2009-10-06 в 16:02 

Мать Метели
Женщина в Лексусе
[человек-буханка], а сколько лет герою-автору письма?

Впечатление такое, что это кто-то вроде Мины Харкер)) И по возрасту, и по соц. статусу.

Ещё: Вы уверены, что слово "нарочный" подходит для Британии 1951г. ? Это уже довольно современный мир, отстроившийся заново после войны, мир хоть и консервативный, но в это время как раз с энтузиазмом идущий вперёд.

Там время, когда происходит дело, определяется словом "позвонила" (по телефону, видимо), но весь стиль, я бы сказала, больше подходит как раз под эпоху слова "нарочный" ))

Содержание заинтересовывает, ожидается саспенс и что-то вроде готического романа))

2009-10-06 в 16:16 

never dream'st on aught but butcheries
Мать Метели Девушке около 16 лет)
Письмо написано в 21 году (действие нетленки происходит 30 годами позже), вы думаете "нарочный" все равно будет не к месту?
Да, это детектив))
Спасибо за отзыв!

2009-10-06 в 16:44 

Мать Метели
Женщина в Лексусе
[человек-буханка], "нарочный" больше подходит для эпохи Джейн Остин, кмк.

Для 21 года стиль нормальный, по-моему, хотя тогда барышни уже продвинутые были, более продвинутые, чем в Гордости и предубеждении. Более раскрепощённые.
Это я так, в качестве рассуждения))

2009-10-06 в 17:01 

never dream'st on aught but butcheries
Мать Метели спасибо большое!

Ну, этой конкретной барышне немного не повезло, что ее в католический колледж сдали, но за замечание спасибо - меня порой заносит))

2009-10-06 в 22:46 

so gehts im Leben
напомнило нетленного брэма стокера. насчет двадцатого века... по совести, в манере письма видится середина девятнадцатого.
далее следуют махровые розовые имхи и доебы в ассортименте, на которые можно и начхать.
...провел с ними «беседу». , ...ему «последствиями - из-за кавычек создается впечатление штампованности выражений, совковкости(?) что ли.
Спрятавшись в чулане под лестницей, том, что примыкает стеной к кабинету отца Эндрю, я все подслушала. - что-то не то в конструкции фразы ) может, вторую часть в начало вынести и заменить на "подслушивала"?
нарочный - может, посыльный?
уже непривычно худа - "уже" вроде не к месту.
Он отказывался – и до сих пор отказывается – сказать мне, о чем они говорили с мистером Д., - вроде говорилось ранее, что голоса доносились до героини.
увещевал родителей Катарины мой отец - они плакали?
оступилась. - и? оступилась и от страха умерла?
непривычно в наш киберпанковый век в такой манере читать, но приятно.

2009-10-06 в 23:25 

never dream'st on aught but butcheries
Der_Ketzer по совести, в манере письма видится середина девятнадцатого
Откровенно признаюсь, что в данном случае я в первую очередь черпала вдохновение в романах Агаты Кристи... допускаю, что ее персонажи склонны к некоторой экзальтации - впрочем, данная барышня тоже))
За замечания спасибо!
Только насчет увещеваний вы не правы. Увещевать - уговаривать, убеждать кого-н., давать советы, наставления, усовещевать.
Спасибо за отзыв, приму к сведению.

   

Конструктивная критика

главная